# И сказал мне: "Видишь, сын человеческий? Разве мало для дома Иуды того, что они делают такие мерзости, какие они делают здесь? Но они ещё и землю наполнили насилием, приводя Меня в гнев ещё больше. Вот они подносят ветви к своим носам.

וַיֹּ֣אמֶר אֵלַי֮ הֲרָאִ֣יתָ בֶן־אָדָם֒ הֲנָקֵל֙ לְבֵ֣ית יְהוּדָ֔ה מֵעֲשֹׂ֕ות אֶת־הַתֹּועֵבֹ֖ות אֲשֶׁ֣ר עָֽשׂוּ־פֹ֑ה כִּֽי־מָלְא֨וּ אֶת־הָאָ֜רֶץ חָמָ֗ס וַיָּשֻׁ֨בוּ֙ לְהַכְעִיסֵ֔נִי וְהִנָּ֛ם שֹׁלְחִ֥ים אֶת־הַזְּמֹורָ֖ה אֶל־אַפָּֽם׃
"И сказал мне: видишь, сын человеческий? Мало дому Иуды, чтобы делать такие мерзости, которые они делают здесь? Но они наполнили землю насилием, они обратились, чтобы разгневать Меня, и вот, подносят ветви к своим носам."
מלא: наполнять.
חָמָס: насилие, притеснение, жестокость.
Зло, совершавшееся в храме, распространилось по всей земле, буквально «провоцируя» Бога на изъявление гнева. Весьма загадочной представлялась (всем богословам на протяжении веков) последняя фраза в стихе 17. Одни видели в ней какую-то «частность», сопутствовавшую ритуалу поклонения солнцу (подобные «жесты» обнаружены, кстати, на ассирийских барельефах). Некоторые из ранних еврейских толкователей Книги Пророка Иезекииля переводили слово «ветвь» как «зловоние» (имея к тому лингвистические основания).

# Разве мало для дома Иуды того, что они делают такие мерзости, какие они делают здесь?

Бог использует этот вопрос, чтобы показать, что Он прав в гневе на народ Иудейский.
